«Сияние» — вольная адаптация одноимённого романа мастера ужасов Стивена Кинга, которая на экране стала тревожной симфонией сладостного безумия, охватывающего и героев фильма, и зрителей. В своём неповторимом стиле Кубрик вновь перевернул жанровые каноны, смешав готический хоррор с историей о «доме с привидениями» и семейной драмой, и заставил гадать, где проходит грань между психотическим и паранормальным. В «Сиянии» есть всё: богатый символизм и жанровые ловушки, мрачные лабиринты и реки крови, жуткая музыка и зловещая улыбка Джека Николсона. За 40 лет фильм прочно вошел в культуру и стал объектом бесконечных конспирологических теорий, не прекращая будоражить воображение и сводить с ума.
Итак, завязавший алкоголик Джек Торранс устраивается смотрителем в уединённый отель «Оверлук», чтобы не отвлекаясь поработать над своей новой книгой. Вместе с ним на зимовку приезжают жена Венди и сын Дэнни, у которого есть воображаемый приятель и необычный дар — «сияние». Дни идут, дороги постепенно заносит снегом, Дэнни преследуют пугающие видения, а Джек теряет рассудок и открывает страшные тайны отеля. Ведь, как известно, монотонная работа и отсутствие развлечений не приводят ни к чему хорошему, а в комнату 237 лучше не заходить.

После коммерческого провала предыдущего фильма «Барри Линдон» Кубрик долго не мог найти новый проект, пока к нему не попала рукопись книги Стивена Кинга. Будучи одной из самых известных экранизаций Кинга, «Сияние» тем не менее яростно критикуется самим писателем, обвиняющим режиссёра в бесчувственности и незнании законов жанра. Вместе с Дайан Джонсон Кубрик значительно переработал оригинал и традиционно насытил фильм множеством культурных символов и аллюзий. На главную роль он позвал Джека Николсона, одного из главных голливудских актёров эпохи, чья экспрессивная манера игры и выразительное лицо повысили градус царящего на экране безумия.
Кубрик сам способствовал тому, чтобы параноидальный дух рождался во время съёмок: например, за счет бесконечного количества дублей и поддержания постоянного стрессового состояния у Шелли Дювалл. «Сияние» получилось фильмом одновременно зрелищным и прозаичным, загадочным и приземлённым, и эта двойственность находит отражение как в критических оценках — от уничижительных до восторженных, — так и во множествах трактовок, граничащих с теориями заговора. Картина занимает почётное место в кинематографическом пантеоне хоррора, неизменно оказываясь на вершинах зрительских и профессиональных рейтингов лучших фильмов XX века.