Оптимизм и философия в катафалке
Чтобы сделать хороший фильм, нужна или захватывающая история, или яркий персонаж, с которым произойдут какие-то изменения, а ещё лучше — два персонажа, причем совершенно разных, отличающихся, как волна и камень, как стихи и проза, как лёд и пламень. Это азбука, букварь сценариста для первого класса. В конце фильма, естественно, они должны стать друзьями не разлей вода и внутренне измениться. Для изменений героя (или двух) лучше всего отправить в путешествие — реальное или хотя бы воображаемое, метафорическое. Изначальное отличие героев должно быть значительным, иначе незачем огород городить. «Зелёная книга», «Бумажная луна» — кинопримеров не счесть.
«Этому быть!» в этом смысле велосипед не изобретает — фильм строится именно на таком путешествии двух совершенно разных персонажей, причём более различных героев трудно придумать.
Один, закоренелый холостяк под шестьдесят, владелец небольшого похоронного бюро, готовый сам, если заняты сотрудники, приехать к клиентам и сам отвезти тело усопошей к родственникам. По нему явно сохнет его секретарша, но господин Луи Канетти этого не замечает, он всегда будто немного недоволен жизнью.
Другой, 37-летний Игорь, развозит на своем трицикле с багажником экопродукты. Он тоже живёт один, читает труды философов — Ницше, Платона, Спинозу — и явно счастлив... С одним нюансом: у Игоря ДЦП — в утробе матери пуповина перетянула ему горло, и от нехватки кислорода он родился с нарушениями двигательных функций и речи, то есть с врождённой инвалидностью. На русском языке это называется «общим диагнозом ДЦП».
Герои, естественно, сталкиваются — в буквальном смысле: гробовщик на автомобиле, отвлекшись на секунду на разговор, задевает трицикл Игоря, и тот летит в кювет, рассыпав все продукты. Серьёзных травм, к счастью, нет, кроме небольшой раны на руке. Луи отвозит его в больницу, а после того как пострадавшему накладывают несколько швов, подвозит домой. Общительный и жизнерадостный Игорь в восторге от нового знакомства, он не может поверить, что Луи ежедневно сталкивается со смертью — его любимые философы как раз и учат тому, что жизнь — это подготовка к смерти.
Зайдя к новому знакомому с подарком — эко-ананасом, — Игорь забредает в гараж конторы, видит в современном катафалке гроб, ложится полежать рядом и засыпает. А владелец конторы вызывается сам отвести пожилую покойницу из Лозанны в Монпелье, на юг Франции... Километров через сто пятьдесят просыпается его невольный попутчик — и с этого момента, нанизывая небольшие приключения и случайности, они путешествуют вместе. Соседние номера в отеле, соединяющиеся дверью, попутчица, которая едет автостопом на девичник подруги и приглашает их в бар, девушка по вызову, прибытие на похороны и покупка Игорю соответствующего костюма — все эти мелкие события складываются в цепочку, меняющую в конце концов не просто настроение директора похоронного бюро, но и его отношение к жизни...
Конечно, память услужливо подсказывает целый ряд похожих фильмов на близкую тему — хотя бы «1 + 1» или «Человек дождя». Возможно, «Этому быть!» не достигает таких высот и такой пронзительности, но, поверьте, и в нём хватает и нежности, и теплоты, и глубины, и юмора. Дозированные цитаты из философских трудов, легкая романтическая линия (обеспокоенная исчезновением сына мать Игоря пускается в компании секретарши по следам тандема на катафалке), несомненный посыл гуманизма и толерантности, неудивительный для французского кино, трезвое и спокойное отношение к смерти — всё это стоит записать в безусловный актив фильма. По поводу отношения к смерти во время просмотра невольно вспоминается ещё один недавний французский фильм — «Всё прошло хорошо» Франсуа Озона, в котором тема смерти и эвтаназии трактуется очень, рискну сказать, жизнелюбиво.
Этот жизнеутверждающий фильм постфактум вызывает много не очень весёлых мыслей — выходя из кинотеатра, задумываешься, насколько отличается отношение к людям с инвалидностью в нашем благословенном отечестве, где и с доступной средой и с достойным медицинским обслуживанием никак не совладаем, не говоря уж о рабочих местах и социализации.
Чем ещё подкупает фильм? Пожалуй, какой-то подлинностью и личной интонацией. Очевидно, что создатели взялись за него не потому, что это модная и актуальная тема (мне почему-то кажется, что у нас многие про это подумали сразу), не потому что под эту тему выделили какой-нибудь грант...
Я, признаюсь, смотрел фильм, ничего не зная о создателях — режиссёрами значатся Бернар Кампан и Александр Жольен, они же сыграли и главные роли (Кампан — директора похоронного агентства, Жольен — инвалида Игоря). Сыграли превосходно. В европейском театре (да и в нашем тоже в последнее время) всё чаще практикуют спектакли с участием людей с теми или иными особенностями (корявое и неловкое, чтобы никого не обидеть, обозначение инвалидов), это проходит больше по разряду «социальная работа», хотя порой художественные результаты впечатляют. В кино это скорее редкость. Но в данном случае Александр Жольен в роли Игоря был настолько хорош, настолько естественен и убедителен, что его дуэт с Кампаном был полностью равноправным. А то и в пользу Жольена кое-где.
Заглянув в Интернет, я с изумлением узнал, что Александр Жольен — не режиссёр и не актёр, а швейцарский философ и писатель. Он родился ровно с таким же диагнозом, как и его герой Игорь, до семнадцати лет воспитывался в специализированном центре, но смог окончить и колледж, и университет. Он автор десятка книг, даже названия которых немного говорят о его взглядах и отношении к жизни: «Похвала слабости», «Беспечные тетради», «Как научиться любить жизнь, какая она есть». Жольен — специалист по античной философии и религиям, он женат, у него трое детей, последние лет десять он с семьёй живёт в Южной Корее, практикует дзен. И дружит с Бернаром Кампаном.
Бернар Кампан — актёр и режиссёр, член культового французского трио юмористов Les Inconnus («Неизвестные»), в 90-е не сходившего с экранов ТВ и много выступавшего в залах — скетчи, пародии, шансон. В середине 90-х после ссоры с продюсером группа лишилась и возможности использовать название и права выступать вместе. Каждый стал делать свою карьеру. Вместе они соединялись лишь несколько раз на съёмочной площадке — Кампан как режиссёр снял несколько фильмов с партнёрами по группе, самый известный из этих фильмов — «Три брата». До сих пор поклонники мечтают о воссоединении этого трио, но они вышли вместе на сцену только один раз три года назад в рамках большой концертной программы французских эстрадных звёзд.
Кампан — большой поклонник Жольена, они знакомы давным-давно, и лет шесть назад Бернар Кампан со всей семьёй ездил в гости к Жольену в Корею — месяц они провели в разговорах и медитации. Примерно тогда и родилась идея фильма, который удалось снять только сейчас.
Фильм был показан с августа прошлого года на нескольких небольших европейских фестивалях, в январе вышел во французский прокат и в первые выходные занимал первое место в бокс-офисе, впереди «Человека-паука», да и потом результаты были достойные. В других евроейских странах кино выходит примерно в то же время, что и в России, и отзывы очень хорошие. Причём если профессиональные критики при всех похвалах находят, к чему придраться (в основном к предсказуемости сюжета), то зрители оценивают кино очень высоко.
Российские прокатчики по обыкновению переименовали фильм, но в этом случае упрекать их не поворачивается язык. На французском фильм называется Presque — «Почти». В одной сцене, девичника, когда кто-то из девушек говорит Игорю, что он выглядит совершенно здоровым, тот отвечает: «Почти». Повторяясь несколько раз в разных ситуациях, это слово на удивление многозначно. «Этому быть!», возможно, не лучший вариант, но и Beautiful Mind в прокате англоязычном не радуют. А вот немцы нашли очень неплохую альтернативу: «Счастье по шкале от 1 до 10».
В общем, настоятельно рекомендую этот фильм, особенно всем, кто почему-либо чувствует себя несчастным, кто не любит себя и своё тело, кто страдает от невзаимной любви к жизни. Это кино даёт такой заряд любви и теплоты, что вы непременно примиритесь с действительностью. Хотя бы на какое-то время.
Сергей Самойленко
