Бельгия — земля фантазёров и мистиков, запускающая в ноосферу мириады причудливых видений, страна Рене Магритта, Яна Фабра и Жако ван Дормеля. Магритт — магический сюрреализм в живописи, Фабр — барочный, плотский, фантастический театр, ван Дормель же с его роскошным визуальным миром, вкусом к гротеску, острым юмором и смелым религиозным мышлением стал синонимом бельгийского кино. Он снимает нечасто, зато проходных работ в его фильмографии нет, каждая — событие и веха.
Самый масштабный и дорогостоящий проект ван Дормеля с кино- и рок-звездой Джаредом Лето в главной роли, антиутопия, киберпанк, отчаянно романтичная мелодрама, научно-фантастическая поэзия. И вдохновенная ода удовольствию быть смертным: только там можно почувствовать настоящую жизнь и настоящую любовь.
.jpg)
Бенефис выдающегося комика Бенуа Пульворда, хит каннской программы «Двухнедельник режиссёров», заставивший европейских снобов висеть на люстрах и валяться на полу от смеха. В России сюжет «Новейшего завета» покажется знакомым тем, кто слышал песню Михаила Местецкого и его группы «Шкловский» «Племянница». Там Бог, разочарованный первой попыткой, сначала «послал нам на землю племянницу, намного менее талантливую, стерву и, похоже, пьяницу», а потом и вовсе собаку Пушка. У Дормеля дочка Бога не дура и не стерва, и убегает по своей воле, однако сходство мотивов налицо. Только там, где Местецкий склоняется к грустной ухмылке, ван Дормель растягивает рот до ушей. Жизнь — весёлый карнавал.
.jpg)
Европейский перифраз «Человека дождя», роуд-муви о необыкновенной дружбе, история счастья, изначально присущего человеку: фильм ван Дормеля наполнен удивительным и целебным ощущением невозможности катастрофы. Дуэт звезды французского кино Даниэля Отоя и непрофессионала Паскаля Дюкенна стал сенсацией Каннского фестиваля — и принёс исполнителям награды за лучшие роли. А в реальной жизни Дюкенна и режиссёра действительно связывает дружба, и ни один фильм ван Дормеля не обходится без этого замечательного артиста.
.jpg)